События, о которых я расскажу ниже, по времени принадлежат к 50-м годам. Они описывают непридуманные ситуации, в какие попало мое молодое тогда поколение участников, т.е. детей танкистов, переселенных на Украину из ДВ и, что помогло нам не потерять голову. Танкистов, прошедших через огонь в МНР, КНР, КНДР. Это был народ, наши отцы, который знал, почем фунт лиха.
По сути, это продолжение темы, затронутой в известной вам статье и, в некоторой степени это- обобщение нескольких постов из этой темы. Т.е. мною предпринята попытка завершить описание того переходного (Восток-Запад) этапа.
Страна-то огромная, но это же какая уймища народу. На вокзалах не протолкнуться! Что, все на колесах? Мы так устали от этой дороги, что выгрузи нас в тылу у немцев, были бы счастливы концу неопределенности.
Ложишься в постель и слышишь стук колес и покачивание вагона. А это- усталость от беготни. Встаешь под запах дыма паровоза, а это – керогаз мама раскочегарила.
Немного позже мы узнали (шепотом сорока на хвосте принесла), что наша часть была переведена сюда по причине кризиса в Венгрии. Несчастье помогло – оказывается, мы прибыли туда, где не осталось почти военных.
Здесь стояла 18 пехотная дивизия, преобразованная до нашего приезда в мотострелковую. Её передислоцировали по тревоге в Венгрию осенью1956 года для ликвидации контрреволюционного мятежа. В итоге возвращаться в Черкассы было некому.
В Черкассах же разворачивалась танковая дивизия. Дальневосточные полки составили основу будущей танковой дивизии. К ним присоединился местный 309-й полк.
Как я уже выше говорил, доставили нас в Черкассы и... выгрузили в лесополосе за городом, который, практически заканчивался в те годы сразу за железной дорогой. На грузовиках ЗИС-5....
- «смотритель техники и зданий полка Постоловский»,- представившись офицер нас транспортировал в этот лес.
С помощью солдат гарнизона был разбит в лесополосе походный палаточный лагерь по всем правилам войскового обустройства, Поселил в палатки цвета хаки. Они имели углубление в грунт на полметра и площадь 3х3 м.
При развертывании палаток, солдаты трудились наравне с женами офицеров. Или – наоборот?
Установлены в них по три-четыре панцирные койки. Общие умывальники представляли собой длинные дощатые корыта с трубой и краниками над ним с привозной водой в баке. Над корытом во всю его длину – труба с краниками рукомойными. Выгребной деревянный туалет заселился крысами и опарышами довольно быстро. Пищу готовили на керосинках и керогазах прямо на улице под навесом. Или прямо у палаток, если не было дождя.
"Мы жили лагерем в палатке,
Кольцом холмов окружены.
Кусты сухие в беспорядке
Курились, зноем сожжены.
Лишь ранним утром с небосвода
Там раздавался крик орла,
А днем безмолвная природа
Заката пышного ждала.
И не давая в тяжком зное
Всему живому изнемочь, -
Врата блаженства и покоя
Нежданно открывала ночь.
Все к звездам возводило очи.
Размеренно дышала грудь.
И путник ждал прихода ночи,
Чтоб продолжать урочный путь...
Но вот вослед поре безводной
Там наступал черед дождей.
И первый дождь весь край бесплодный
Преображал, как чародей.
Казалось, землю покрывая
Ковром, с небесной высоты
Лилась не влага дождевая,
А листья, травы и цветы..."
1911. С.Маршак
Явно о нас написал.
В этой полосе разбивали воинский лагерь еще при царе – Горохе.
В голове постоянная мысль:
- «Мы в городе, на месте, больше уже никуда-никуда не едем. Хоть и в мокрых солдатских палатках, но на месте!»
-«Ма, мы больше никуда-никуда не поедем»?
-«Не поедем»,- отвечала мама.
-«Никогда-никогда»?-.......
-«Никогда-никогда»!!!-.....
Для будущей танковой дивизии имелись свои, полковые вспомогательные подразделения (связь, медсанбат), поступали и танки Т-34.Чуть позже и Т-54. Немного механиков- водителей было прихвачено с собой с востока, и срочников и старшин. К 1959 году завершили строительство огромного парка для танков, их ремонта.
Основная масса нашего багажа составляло обмундирование отца, обновляемое со склада, по мере подхода сроков согласно определенному табелю. Скапливалось такого добра за много лет большущие кучи, и могли они быть еще больше, если бы НИ время от времени от него не избавлялась на толкучке. Был шкаф, собственноручного отцовского изготовления, две кровати, трофейный австрийский кабинетный стол, японский трофейный складной стул и радиола «Чайка». Много-много книг и других изданий.
Мы выписывали много прессы. В разные годы ее годовая номенклатура менялась незначительно и составляла примерно следующий перечень: г.«Пионерская правда», г.«Комсомольская правда», г.«ПРАВДА», ж.«Коммунист», ж.«Коммунист вооруженных сил», ж.«Политическое самообразование», ж.«Советская женщина», ж.«Советская торговля», г.«Красная звезда», ж.«Огонек », ж.«Пропагандист и агитатор», ж.«Радио», ж.«Техника молодежи», ж.«Наука и жизнь», г. «Черкасская правда», ж.«Советская кооперация» (здесь: г.-газета,ж.-журнал).. Родители тщательно эту всю массу перечитывали. Отец много конспектировал, готовясь к политзанятиям, мама же – из-за любви к печатному слову и жажде к информации. При отсутствии телевидения иначе и могло быть. Самое интересное из выписываемого хранилось в домашнем архиве и транспортировалось в багаже по селам дислокации.
Мама читала и перечитывала это богатство и умела выбрать все мало-мальски значительное. В таком количестве литературы, не могло не быть качества информации. И оно было.
Читала мама очень много других книг и разбиралась в них. Ценила умные в общечеловеческом смысле. Любила читать мемуарную литературу, документальную. О людях с блистательным умом, как , например, Г.Жуков, Дж.Кеннеди, Черчилль, Сталин.. Интересны были и некоторые ученые, такие как Амосов. Очень интересовала ее судьба Светланы Аллилуевой, неординарной личности и ей симпатизировала.. Любила иметь книги. С радостью встречала каждую новую стопку книг, купленную по случаю мужем на работе. Основная масса куплена по ее инициативе.
Дома у нас учеба, уроки всегда считались святым делом. Никто не имел права, да и не делал такого, отвлекать от занятий нас - детей, или же просто от художественной книги. Книг покупалось много и при первой возможности, однако отец, имея блат, как говорили «канал» на работе, приносил зачастую их без разбору - не особо нужные. Книги давала мама знакомым читать без страха, что их испортят (что часто и происходило), получалось – их теряли и не предупреждали и не извинялись. Чтение считала Нина Ивановна делом святым, поэтому нас приучила разговаривать шепотом, если кто занимается или просто даже и сказки читает. Мне маленькому читала часто, а потом внукам, очень красиво, с выражением. Лучше всех. Научила и сестру Лиду, у которой получалось не хуже. Не забыть такое никак. Так мне никто не читал боле. Душой.
Основу ее силы тяготения и грамотности составляла, помимо врожденной привлекательности духовность, полученная в раннем детстве в церкви, как я считаю. Она росла с двух лет без мамы, иного выхода, как отдавать на церковное попечение. При этом оказалось выскоразвитым чувство юмора. Учитывая, сколько пришлось в жизни ей перенести, оное ей было присуще от рождения.
Она могла от очень удачной шутки хохотать так заразительно, что трудно было сдержаться самым угрюмым окружающим. Смеялись даже те, кто и не слышал сути разговора, заражались ее смехом.
Книги ей читала служка прихода, одна из близких родственниц семьи Павловых. Листы книг закапаны воском, пахли ладаном и мышами. Таково ее дошкольное воспитание. А книги несли ей Божье Слово.
Из автобиографии моего отца от 17.11.58г:
«жена - дочь колхозника. Ее отец до октябрьской революции крестьянин. После революции крестьянин, с начала коллективизации села Подберезье колхозник. Участник Великой Отечественной войны. Демобилизован и работает плотником на торфяных предприятиях".
Получив, таким образом, на вооружение веру, надежду и любовь, пронесла через все передряги, делилась с людьми, обогревала, но больше всего от нее получили дети. Родные и чужие. Наш двор и дом постоянно был полон детворы, женщин, старушек.
Мама Нина. Было время, мамой ее называли и внуки, долго жившие у нас в разные годы годами. Называли её так и чужие дети (например, соседские), иногда жившие месяцами здесь. Народу всегда было. Подружки, которые приходили довольно часто и их много и разного возраста, даже дети. Она дружила и с ними. Преимущественно из городка нашего был контингент или из тех, кто был связан как-то с городком.
Что такое «городок», станет ясно позже, когда я в него вернусь.
-это моя подружка, - говорила она, когда я впервые видел клиента дома, придя обычно на обед или по каким либо делам на пару минут, а подружке-то несколько лет.
Здесь годами, месяцами или неделями жили разные дети. Можно сказать так: внуки - все Олег, Игорь, Наталья, Ольга, Ян, Максим и много – много чужих, всех не перечесть. Капризы детей незаметно ставила на службу им же, трансформируя в достоинства. Этого невозможно рассказать, это нужно или видеть или пережить. Те, кто пережил (дети), скорее всего и не поняли никаких особенностей, да и не нужно. Помнят только любовь. И, слава Богу. Один лишь пример, сохранившийся в переписке.
Вот как писала много лет спустя, после долгого проживания ее сына у Нирны Ивановны, соседка Нина (белоруска) Германчук
"…Как там Вы, как Ваше здоровье. У Вас, наверное ,уже дивизия внуков ходит. Ваш дом, Нина Ивановна, может быть без чего угодно, но без детей и хлеба никогда не бывает. Мы об этом (и Ваши дети, и чужие - как мы) все дружно заботимся. Подбрасываем по очереди. Пусть Вам будет здоровье еще на много лет. От всех огромнейшее спасибо. Я маме как начала рассказывать, она и плакала и рада была, что хоть у нас все хорошо, благодаря вот именно Вам, Нина Ивановна. Я уже хочу в Черкассы, соскучилась по Вам. Как-то всегда придешь к вам , поговоришь, Вы всегда что-то посоветуете, успокоите, если что- то не таки сразу легче и лучше…»
«Полтава эта мне надоела, как хочется в Черкассы, в нашу ту старую квартирку. Лучше не было. Очень часто вспоминаю , и на работе женщины мне говорят. Что это я из-за Вас так вспоминаю. Я не отрицаю, может и так, ведь я привыкла к Вам как к маме. Вы ни с чем не считались, Сережу смотрели, вырастили, можно сказать, я жила как дома, и у меня вот мысли и мне почему-то кажется, мы все равно вернемся в Черкассы…..»
11.03.84г
Такого человека ослушаться, предать, забыть?
Уйдя в мир иной, мама оставила мне ангела - хранителя, благодаря которому я еще жив и буду теперь здоров.
.. И все-таки это был лес. Иначе мы его и не называли. Правда, без грибов, но много лопухов. В них нам, детворе удобно прятаться от дождя. Лес без орехов, но много крапивы. Без зверья, но много майских жуков. Если потрусить дерево, то сыплется на землю дождь из хрущей.
В Черкассах не цветут разве что дрова. ( Замечу, что они цветут и на юге Приморья).
Коренные черкасщане называли этот «лес» рощей.
Конечно, отцы знали, а мы - дети нет, куда мы передислоцировались и прибыли, в конце концов. В той лесной суете по первичному обустройству детей на койки, не сразу и узнали, лишь через несколько дней – это город. Это потом он станет родным, а сразу, тогда…..
Наше поколение не лыком шито. C дошкольных лет мы знали, что самое главное в танке.
Воспитание пионерское означало, что на призыв: Будь готов, - отвечать - всегда готов! Именно так, и не иначе. Честно признаюсь, не понимал, к чему нужно было быть готовым и почему всегда, а не тогда когда надо. Но не быть пионером мог только разве придурок, какой, а такое обидно и задразнят пацаны. Организация копировала устройство, частично, комсомола, частично армии. Отряды, звенья, как роты и отделения в армии, только потешные. Приказа, рапорты, доклады. И это было даже интересно. Именно так жили и наши родители. Мы же все видели. В дальнейшей жизни этот опыт очень помогал.
Тогда мы и не подозревали, что это начинается история нашего городка. Новая история воинской части №12970 (командир-полковник Андрос Ефим Игнатьевич.
Весна выдалась дождливой, у палаток размывало небольшой бруствер, сооруженный по периметру из дёрна. Детям невозможно было встать по утрам с постели, не окунув ноги по щиколотку в холодную воду. Скорее - в лес, который начинался сразу при выходе из палатки! Детвора не испытывала особых проблем, все проблемы ложилось бременем на родителей. А нам доставалась их любовь и ласка.
Всё набралось влагой за несколько дождливых недель. Но неприятности ощущали только от крыс.
Для нас – детворы главное было вовсе в другом. Оказавшись на улице после поезда, не было предела в выдумывании различных игр. Войны, прятки и все сопутствующее. Мы начинали игры с игры №1, игры "В Покровку". Ворошиловские играли в Ворошилов и мы с ними воевали, как в Барановском на учениях наши отцы. Роль Суйфуна нам выполнил Днепр, а Сенькиной Шапки – железнодорожная насыпь, находящаяся от городка в пару сотне метров. Днепр мы застали без Кременчугского водохранилища, с нормальным руслом, приличным течением и довольно чистой водой. На спор его преодолевали вплавь. Мой старший брат, хороший пловец, преодолевал реку регулярно. Течение было сильное и поэтому и сносило его сильно, на несколько сотен метров вниз, а я боялся, что вообще унесет. Братик плавал великолепно и нырял, а главное, очень красиво. Этому не возможно научиться, должно быть дано. Научиться можно технике, а красота дается.
Сам же я плавал с надувной наволочкой, держа ее снизу за хвост. Мама говорила в таких случаях:
-"голь на выдумки хитра",- это знают все.
Местные хлопцы имели камеры от грузовиков – недосягаемая мечта для нас. Мы - новички, приехали налегке, они- старожилы, при нажитом годами имуществе каждый.
В черкасские школы №3, 4, и 17 пришло наше добротное пополнение. Уже к тому времени, второй класс прибыл почти в полном покровском составе вместе с первой учительницей, Любовью Марковной Поликариной (муж ее был офицером нашего полка) и здесь продолжала нас учить. Этот фактор создал покровский микроклимат (еще и ученики почти все те же). Та, первая покровская школа хоть и была сельской, но ее преподавательский состав преимущественно представлял собой жен офицеров. А это гарантировало качество преподавания, т.к. жены офицеров в своем большинстве работали в военных гарнизонах, где требования к выполнению всех видов работ было высоким. Уж не говоря о дисциплине и культуре вообще.
Наша детская дружба, благодаря всем этим факторам, продолжается и по сей день.
Планы школ по сбору металлолома мы перевыполняли танковыми траками и другими военными запчастями. Мы их добывали с охраняемой территории. Для этой цели имели заранее подготовленные лазы под колючей проволокой. Бывало, приносили и мины от 50-мм ротного миномета.
Школа №3 представляла собой длинный одноэтажный барак (на месте нынешнего дома связи).
Старшая сестра (полтора метра ростом) стояла на уроке по военной подготовке в строю старшеклассников. Держала у ноги трехлинейку со штыком, который возвышался над ее головой как шпиль адмиралтейства над Питером.
Первая учительница - Любовь Марковна Поликарина. Черкассы 1958 ,.Она была женой офицера нашего полка и поэтому уехала одним эшелоном со всеми. Она и здесь нас учила во втором третьем классах. Так облегчилась наша адаптация, а малые дети к смене учителя очень болезненно относятся.
Не хочется говорить об уроках. Нудно-буднично проходят занятия. Нам играть хочется. Наши игрушки тоже не были исключением и имели отношение к военному ремеслу. Частично себе изготавливали самые разнообразные предметы из гильз, противогазов, предметов химзащиты. Гильза для блесен - изумительный материал. Грузила для рыбалки выплавляли из пуль, которых было вокруг целые горы. Резину для рогаток вырезали из противогазов.
Окунуть городок в дым завесу - бросить дымовую шашку, которую принесет Хундя (В.Холодовский), сын начхима полка - милое дело. Иногда ветер подводил и на городок не шло, зато в лесу партизанить - в самый раз. Бросить химический патрон от начхима в нужник сортира, представлявшего собой строение из досок - горбылей, от чего говно начинало бродить и выходить из краев. Духан шел далеко за пределы городка
Улица, на которую выходили из лесу, называли Смелянское шоссе. Вблизи от одноколейного старого моста с нашей стороны располагался большущий тир с насыпью и забором, сточная яма с зеленой плесенью кисельного типа, где сейчас техникум коммерческий. Возле ямы гора гильз и пуль вперемежку с землей. Клондайк.
С другой стороны шоссе несколько частных халуп. За улицей Одесская, где расквартированы семьи 309 го полка дивизии, только огороды и Геронимовка вдалеке.
Досуг детей военных не имел нехватки в мероприятиях. Выдумывали всё себе сами. От рогатки до первого своего магнитофона или передатчика на радиолампе и моторной. Причем любая выдумка находила массовый отклик. Увлеклись штангой. Сразу она стала популярной. Это был кусок ржавой трубы и вырезанные автогеном блины из чугунной печной плиты, еще ржавее. Культуризм не приветствовался властями как чуждое нашему народу, нашему образу жизни явление. И мы как партизаны в лесу качались (накачивали мышцы). «Комсомольская правда» громила культуристов, но нам было не до возражений.
Изучали методику по таким же переснятыми с иностранных журналов фотографиям со Шварценеггером. Толкучка располагалась недалеко, на Криваливке.
Великолепен был мяч, привязанный за верх столба (высотой метров 5). Его нужно бить так, что бы соперник, стоящий диаметрально от тебя не смог отбить. Для этого нужно его постараться закрутить и посильнее ударить. После нескольких ударов рукам - торба. Столб устанавливали все вместе как на ленинском субботнике. Такой простой и увлекательной и тренировочной игры я не видел больше нигде.
Кроме того, занимались в ДЮСШ, музыкальной школе.
Сражения со щитами и мечами между покровскими и ворошиловскими чего стоили. Но только до первой крови, - если у кого, как говорили, пошла юшка, то шли по домам. Изготовление такого (мечи и щиты) оружия было повсеместным. Некоторые были прямо – таки специалистами и пользоваться их мечами было за честь. Они были даже с резными ручками и окрашены.
Поголовно все увлекались собиранием этикеток со спичечных коробков. Солдаты - народ курящий и из разных мест СССР, поэтому коробков было много и разных, но в мусорках - они основной наш поставщик. Однако, когда Белоусов стал приносить этикетки целыми листами и свежие и цветные и красивые, то интерес к ним пропал враз. Где он их доставал, не помню. Кажется, кто-то из родственников привозил из Минска.
Наши мамы - это наше детство.
Родилась сама, например, такая игра. В учебном классе части установлен макет полигона в масштабе 1:25 (или 1:50) на огромном столе. Всё разукрашено в натуральные цвета. Полная имитация натуры. Повторяется рельеф местности, деревья, здания, железная дорога и всё, что полагается. Имелись и танки. Это был так здорово и заманчиво, но руками трогать нам не позволяли. Раз нельзя, значит нужно сделать самим. Так взрослая игра перешла к детям. Повлияло оное и на преемственность поколений. получились сперва наши игры военные. Потом и мальчики. А пока мы лепили солдатиков из пластилина.
Отсюда же и главное занятие на стройке у мальчишек - игра в танки. Игрушечный танк сооружался из обычного кирпича, жмени песка и гвоздя 100мм. Размер гвоздя определял калибр снаряда. Куча песка и вокруг нее – полигон, танкодром, штабы, казармы, дороги. Всё это строилось. Танковые марши и сражения, хоть и кирпично-танковые, но – настоящие, со сносом башен. Командиры – как бы настоящие боевые, справедливые. Войны - честные, справедливые (как нас учили в школе и в кино). Но это делала малая ребетня
Не мудрено, что получились в результате военными: братья Пивненко И. и C., Рыжих Ю., Холодовский В., братья Кузнецовы В и А., братья Скоковы Ю. и С., Галковский В., Прохоров А., Глушаков А., Пантюхов В., Старцев В., Ефремов Н., Науменко В.
Но я хочу два слова сказать об одном лишь нашем парне. О гражданском парне. Это – Юрий Шуляк. Запомнились его карбидные катера, для которых были малы все лужи т.к. эти катера размером в одну – две ладони пересекали все лужи в доли секунды. Устройство их было просто до крику - деревяшка, с заостренным носом, кусок жестянки от консервной банки, пара гвоздей и карбид. Т.е. это был реактивный двигатель на лыже.
Моя справка о нем
1Шуляк Юрий Михайлович (1947г. р), мастер спорта, экс-чемпион мира по радиоуправляемым судомоделям, руководитель кружка Малой академии наук (МАН) учащейся молодежи Автономной Республики Крым (АРК) "Искатель ".
Шуляк Ю.М. закончил николаевский судостроительный.
Но еще в 1964 он выступал в Николаеве и в Тернополе и стал мастером спорта.
В 1977 на чемпионате Европы в Киеве его модель управляемой подлодки произвела фурор на представителей ВМФ. Военное ведомство взяло субмарину для производства съемок учебных фильмов.
В 1982 года во Франции на чемпионате мира занял третье место.
В 1984 в Венгрии - чемпион мира.
В 1986 на чемпионате мира в Италии у него произошла техническая неполадка с моделью и с тех пор он на преподавательской работе.
Но, в 2007 и в 2009 года он опять полон сил и становится чемпионом Украины.
А всё начиналось с корабликов на Суйфуне, вырезанных перочинным ножиком и такое впечатление, что Юрий всю жизнь играл «В Покровку».
Моя справка о нем, о чемпионе мира по судомодельному спорту, здесь
http://pocrovka.4bb.ru/viewtopic.php?id=113&p=2
Итак, роль кроватей нам выполняли ящики от боеприпасов и раскладушки. Одежда была перешита из отцовского обмундирования. Пальто – из шинели, брюки – из повседневной или парадной формы. А серую недоношенную шапку-ушанку получить в подарок от отца – мечта каждого мальчишки. За спиной – полевая офицерская сумка-планшет в роли школьного рюкзака.
От войны те годы отстояли на небольшой отрезок времени. Наши старшие братья и сестры вообще – дети войны.
Неразорвавшиеся снаряды и мины находили при рытье траншей под фундамент, погреб. Чуть ли не под деревом и, практически в каждом месте, которого касалась лопата. Ну и, конечно, подрастающему поколению воинского лагерного городка ничего не оставалось, как носить снаряды, что с успехом и делалось в свободное от учебы, естественно, время. Благо, их хватало и под землей и на действующих складах, они вот рядышком. Таким образом, боеприпас оказывался где угодно. В те годы много детворы пострадало от таких забав, но наши хлопцы, пеленки у которых были из портянок, кровать - ящик из под снарядов, грамотные в этом деле и - все целы.
Все неурядицы и проблемы бытового обустройства семей офицеров не помешали им, бывшим фронтовикам, качественно и в кратчайшие сроки провести мероприятия по реорганизации танковой дивизии и обеспечению ее боеготовности. О том, что перенесли наши матери – жены офицеров за это время и вообще всех переездов (в среднем, на круг, получается один раз в два года), нужно говорить отдельно
Помню первые шаги в город из лесу. Из того, где сейчас городок, самый край города тогда. Какой это был город. Рай. Сейчас я о таком мечтал бы. Совсем крохотный даже по меркам того времени, но большой для нас. Прямые улицы – квадратно-гнездовые - заблудиться, невозможно.
Тихо. Тихонько стоит на запасных путях бронепоезд (на том месте сегодня – типография). Он нашего внимания, почему-то, не привлекал: стоит, да и стоит, себе. На том месте сегодня возвышается типография
Женщинам, женам офицеров, замученным сопками, тайгой, полигонами, вечными переездами, пылью, казенностью мебели (стандартный набор- это панцирная кровать, табуретка с дыркой, тумбочка, умывальник алюминиевый и такой же набор посуды) с жизнью, которая фактически была общественной {хоры, стрельбы, собрания, женсоветы, демонстрации} и вечная грязь по колено, все пришлось по душе.
. Мы говорили – «большая дерёвня». Может быть и слегка бахвалились, а на самом деле были несказанно рады. Конец мытарствам!
Хаты под соломенной крышей в центре «города? Терпимо, переживем. Не такое видели.
Мы люди маленькие, дети, короче, и нос близко к земле, поэтому бросились первыми в глаза тротуары, мощенные кирпичом, желтым. Основные дороги выложены булыжником. Постройки, главным образом, одноэтажные, редко - двух. Кирпичные постройки – беленые и обязательно с оттенком салатовым, розовым или голубым. На улицах продают на развес мороженое - пломбир, сливочное, фруктовое, шоколадное. От 7 до 20 коп. за 100 грамм. Разводу с сиропом по цене 3 коп., с двойным – 5 коп., и без - 1 коп. стакан. Чисто, значит много дворников.
Тихо, значит транспорта мало и тех, кто в нем. Городской транспорт - три маршрута автобуса: Сосновка – Сах.завод, Центр-вокзал. Вокзал – Реч. порт, несколько автомобилей «Победа», «Москвич», ГАЗ, а остальное - конная тяга. Аэропорт с «кукурузниками». Дороги переходить можно без проблем, спокойно, без оглядки направо-налево. Иногда и вдоль по осевой можно идти. Редкая телега с продуктами встретится.
Многие центральные кварталы населяли евреи. Это потом они уехали, и остался один Сэм, да и у него просто что-то не получилось с сыном там, в Израиле и ему пришлось вернуться.
Черкассы потеряли много после их повального выезда и не только особый колорит (или шарм, как сегодня говорят), но и часть культуры. Мне лично очень жаль, что так получилось. В те годы многие евреев называли нехорошими словами, но для меня никогда проблемы не существовало. Национальность не играла никакой роли или даже наоборот. Что ни говори, а они создают уют и город получается большим домом. Они приветливы и дружны. Они веселы и умелы. Они не только врачи, учителя, парикмахеры и продавцы, но и грузчики, и токари, и сапожники, и пекари, военные, но реже. Их очень много. Это плохо. Что их нет.
Обязательная чернобурка и с такой же муфточкой ( это размером примерно 30х30 см как сумочка, отделанная мехом, для утепления рук, внутри карманчики и отделения для парфюм и всякого такого). Фото сделано в Черкассах в 1957 году, но "форма" из Покровки приехала. У некоторых чернобурок висели даже ножки и мордочки лисьи, черненькие. Это считалось особым шармом.
В магазинах запомнились черные с изюмом булочки и конфеты - подушечки, консервированные крабы - дешево и завались. Много дешевых конфет. Правда, поезда ходили очень часто и рядом, через город, но к ним нам не привыкать. Их не слышим совсем. Железная дорога, кстати, - очередной объект для игр . Железная дорога – граница города с юга. Зимой она - горка летом - пресс для раздавливания гвоздей, монет и др., а еще – трамвай: катание на товарниках до ближайшего поворота. Вскакиваем и соскакиваем на ходу. Она же и смерть. Так один из нас погиб – Александр Тузов (старший сын). Запомнился тем, что когда брал на руки меня, то одну руку на грудь клал, а другую между ног. Было неприятно и иногда больно, а в остальном, - парень что надо. Был.
Его отец - боевой офицер-танкист, был не лишен трезвости ума при частом возлиянии, что не так уж часто встречается. Дело в том, что Кириллович имел физический недостаток - одна нога другой короче. Видимо со времен войны. Как кадровый военный он обязан был пойти в отставку, таких служить не оставляли. Но Кирилловича назначали дежурным по полку, когда приезжала комиссия из округа или выше. Почему? Он нашел выход из положения.
С внешними физическими дефектами, да еще такими, не могли служить в Советской Армии люди и более именитые, за редким исключением, например, летчик- герой Маресьев.
Решение было простое. Майор перемещался строевым шагом вне дома в служебное время, т.е., если был в военной форме. Это понравилось московскому начальству, которое приезжало с проверками (их называли инспекторскими) ежегодными в часть. В результате таких проверок майор Тузов получал благодарности от командования за выправку. Строго говоря, в соответствии со Строевым Уставом, так должно было быть: «подход-отход» Естественно, что после таких хождений Кириллович еле нес ноги домой, шкандыбая как подраненная утка домой. Из дому, уже приняв на грудь, он выходил в городок как тот моряк, который открыл сто америк.
Мы называли железную дорогу - ЖД (жэдэ). жэдэвокзал, жэдэрайон, жэдэмагазин (любимый НИ), жэдэ парикмахерская ( 5-10 коп) , жэдэ баня с сауной ( 25 коп).
Кинотеатры - «Родина» (потом - «Салют») и «Украина» днем 10-25 коп., вечером 25-50 коп. «Родина» - старое здание, что было около теперешнего музея Т.Шевченко, потом снесенная. Музей - бывший Гусарский клуб - снесен в 1960 г. Там сегодня цветами торгуют. Два базара - центр (снесен в 1960 г.) и Казбет, а чуть позже и Криваливка. Там же – толчок. Клубы, где давали и фильмы и танцы – Сахзавод, Дом офицеров (напротив кинотеатра «Днепр», снесен около 1976 г.), летний кинотеатр на Казбете, но самый лучший вариант - солдатский клуб. Краем уха слышали, что где-то есть церквушка действующая, т.к. Собор стоял на базарной площади в центре и не функционировал (тоже судьба решена в 1960-м).
. Женщины-хозяйки облагораживали, как могли жилища при адском дефиците всего. Умудрялись прибрать комнаты красиво, особенно спальни, только-только появившиеся, и устроить их презентацию, как сейчас сказали бы. Но и тут мама не могла удержаться от шутки:
-"обставились ящиками и радуемся как дурочки".
Это были прекрасные времена – родители молодые. Они праздники отмечали, застолья устраивали. Григорий Васильевич любил быть ряженным на Рождество. Пальто наизнанку и женскую шляпу. Лицо разукрасить помадой и пугать детей.
Увлекались грибами, рыбалкой. Знали сокровенные ягодные места в лесах и на воде. Походы были коллективными и регулярными.
В кинотеатрах смотрели все подряд. Иногда заезжий артист попадался в филармонии или в доме офицеров
Город расположен на двух уровнях и то, что нижние Черкассы испокон назывались мытницей. Она представляла собой преимущественно частные строения с большими земельными участками-огородами. Сии огороды являлись основными поставщиками недорогой продукции для черкасских базаров.
Цены я указал в масштабе 1961 года, Килограмм сливочного масла 2,5 руб., бутылка водки- 2,87, буханка хлеба от13 до 20 коп. 1кг мяса-1,95 р.
В среду, субботу и воскресенье, поздно вечером, как уже смеркается, идем культпоходом в солдатский летний клуб смотреть кино. Если повезет, то можно будет еще и каши солдатской поесть по пути в столовой, но для этого нужно выйти из дому за полчаса до сеанса. Тут без приключений не проходил сеанс. То ли патруль начинает гонять нас, пацанов, за смех выкрики во время демонстрации фильма, то ли дождь помешает и беготня поднимается, то ли пленка порвется. Практически, патруль нас гонял регулярно, за редким исключением, оставляя в покое. Видимо, по каким-либо праздникам. Компания собиралась вновь и вновь. Душ эдак до десятка возрастов от 5 до 16 лет. Это было в полном смысле мероприятие. Эта возрастная категория для кино, во всем остальном разделение было более детальное - группами с промежутком по году или два. Да на обратном пути еще и пошухирить хотелось, т.е. когда кому-то в окно постукать каштаном на нитке, на огороде что-то спереть. Называлось еще такое - хохмить.
Вечером тихо и только слышны в покровском городке строевые песни солдат перед отбоем. Далеко, но у дома слышно, такая тишина. Очень тихий город. Иногда удавалось после всего посидеть у костра, испечь картошку. Самые боевитые курили сухие листья орешника, закрученные в газету козьей ножкой. Гадость ужасная, пробовал. Основная масса взрослых - в прошлом городских жителей - наконец-то вернулись в родную среду, скитаясь до того по глухомани. Наконец-то есть шанс осесть.
И этот шанс стал воплощаться в жизнь, когда начали строить жилье солдаты.
В мае же месяце начались прорисовываться контуры будущей улицы Танкистов. В той же лесополосе, рядом, наша воинская часть развернула строительство двадцати пяти четырех - квартирных домиков. Столько же строили и «ворошиловские» военные. Работа шла довольно интенсивно, хоть и вручную производились все операции от рытья котлованов под фундамент, до замеса растворов. Планировка городка, как и полагается для военных учреждений, выбрана такой, что бы в случае нападения противника, была возможность организовать оборону, позволяющую вести длительные бои. Из окна, в окно напротив, можно перебрасывать боеприпасы: расстояние около 6 метров. Очень компактная планировка, по этой причине все домики вместе взятые и назвали городком. Сами домики – такие же, даже внешне, как в Покровке.
В лесу они корчевали деревья. Рыли вручную, конечно, траншеи под фундаменты для домов. А лето как пережили такое дождливое. Ямы в палатках затапливало. Приготовление еды - на примусах и керогазах. Лето запомнилось дождливым, да и понятно, если встаешь с постели в воду, иногда сантиметров на 20. Холодная и черная, чудились всякие бяки. Вот-вот вылезут из воды и схватят за ноги.
Рядом, в складском хранилище, открыт крошечный продуктовый деревянный магазинчик. В нем – стандартный набор продуктов, тех, что и в городе: самые вкусные в мире черные булочки с изюмом и конфеты – подушечки, крабы в банках.
На стройке - уйма битого кирпича, остатки раствора, просто окаменевшего цемента и щепок. Сейчас, в 2000 г., копаешь огород, и то выколупываешь это добро из земли. Конечно, кирпич никто не бил специально, он сам разваливался в руках. По голове им не стукнешь. Он же шел и на фундамент. Тогда же многими офицерами осваивались специальности планировщика, каменщика, печника, плотника. Некоторые из офицеров вспоминая свои молодые годы восстанавливали навыки. Еще был жив в армии принцип:
-«делай, как я!»
Хоть и к строительству приступили сразу же по приезде, однако 15 июня 1957 года начались учения в Ржичеве по подводному вождению. В тот раз наши танки впервые преодолевали водные преграды (которые в обиходе называют все речками) со штатным оборудованием. Между корпусом и башней – надувные камеры. На том учении присутствовал сам Н.С. Хрущев- Первый тогда секретарь ЦК КПСС. Поэтому на хозяйстве оставили 80 человек, из них на стройке непосредственно занято около 30. К 10 июля, было вырыто пять и залито лишь 5 фундаментов. Длиться такой стройке много лет, если бы не приехал Маршал Советского Союза Чуйков, на то время командующий Киевским военным округом. Начальник стройки, подполковник Кравец Г.П.(мы помним его: «приказы не обсуждаются, они – выполняются»!), встретил его на алее – просеке - будущей нашей улице Лагерь (позже переименованная в - Танкистов). Конечно, был предупрежден дежурным по части и к докладу подготовился. Доклад Чуйкову понравился и он спросил:
- «какие проблемы, подполковник»?
Подполковник посетовал на нехватку личного состава и слабое техническое оснащение. Командующий тут же потребовал телефон и через несколько минут вопрос был решен.
Не прошло и недели, буквально несколько дней, как на Смелянском шоссе остановилась колонна воинского транспорта со спецтехникой и личным составом. Это прибыл саперный батальон в распоряжение начальника стройки. Каждая рота получила задание построить по 5 домов, а на танкистов легла задача по материальному обеспечению и обеспечению платежей в банке (так называемая форма 2). Кирпич получали и в Золотоноше и в Киеве. На киевском ДОКе – столярку. Некоторые дефицитные материалы приходилось доставать по обмену (бартеру, но такого слова тогда не было).
-Порядок в танковых войсках! - и всё тут. Фразы – выстрелы. Жесты- команды огонь!
Таким образом, маршал стал покровителем (крестным отцом) нашего городка и мы на это просто не обратили внимания. Факт достойный интереса.
Отец был и прорабом и начальником стройки. А как он работал! Я был маленький и мы, детворой пропадали на стройке, видели, с каким уважением относились к отцу солдаты-строители. Он мог всё делать сам и показывал, как делать, а не рассказывал. У него был опыт севастопольского дома.
Так что выгребные ямы нам сделали саперы из Первомайска. Они строили споро.
Построив большую часть домов, надо полагать – 15 (три линии по нечетной стороне), сообразили не делать этого. Т.к. глупо рассчитывать, что народ будет хезать у себя в квартире чуть ли не на пол (под пол). По две ямы на каждый дом, по одной на две семьи. Гениально, не так ли. Можно задницами переговариваться - стенка тонкая. Обмениваться салютами и приветами.
Вода была привозная. Стояли понтоны с водой для технических нужд и были вырыты ямы для гашения извести. Солдаты черпали ее ведрами и делали раствор, как в мешалках, так и вручную. Раствор этот, в основном - песок, немного глины и извести. В понтоне иногда купались, если вода уже достаточно нагрелась, но еще не достаточно грязная. В загрязненной воде могла бы облезть (т.к. имеем известь) кожа- это мы понимали.
Строительство продолжалось уже своими силами на протяжении 1958 года и закончилось в 1959 году. С тех пор ни одного дома не добавилось, а только пристраивались к ним кухни и веранды. Сейчас их столько, что порой некуда воткнуть морковку.
Ул Смелянская 11 . 1962.
15.08.1957г, 1.09 по пять домов сдано готовых и к 15.09. еще 5. Пришла осень. 19.11.1957 получен ордер. Мы получили ордер N 175 на занятие 2 комнат 22,4 кв. м в д. N26 по ул. Лагерь.
Тогда и теперь. Здесь видим пример того, что в некоторых случаях, практически ничего не поменялось за долгие годы.
Дом – где много лет спустя родились мои два сына и где я сейчас нахожусь, - четвертый дом моей жизни.
Во второй половине лета семьи, которым еще дома были не готовы, пересилили в две казармы, а в палатки – солдат. В казарме общий зал, разделив клеенками, скатертями, покрывалами, на отсеки, жили многие семьи до поздней осени.
Такова вкратце история о том, как советские саперы строили покровский городок.
Появились в некоторых семьях первые телевизионные приемники. Поначалу мы толком и не знали, зачем они нужны и с чем их едят. Но, потом!....
Вечернее вещание смотрелось коллективно, по нескольку семей. Сколько может вместить комната 16 кв.метров? Набита была битком, даже в дверном проеме стоял люд. Думаю, десятка два вмещалось. Смотрели все передачи подряд. Самое главное – фильм и новости.
Здесь целесообразно отметить некоторые черты характера начальника стройки, которые, как ни странно, очень ему помогали в общении с чужими людьми. Но уж очень осложняли это самое общение с родными и близкими.
Отец любит представляться с командирским акцентом так:
-Кравец (ударение на а) Григорий Павлович 17-го года рождения, от роду женат, имеет троих детей и трех (четырех, пять, шесть) внуков, слу-ушает Ва-ас!
Звонящий по телефону, к примеру, вроде как в штаб, сразу ошандарашивается. Таким образом, достигается половина успеха. Такова стратегия. Одним словом – командующий. Это вполне приемлемое для употребления. А, как и положено любому командующему, он должен быть очень забывчивым в мелочах жизни, однозначным в принятии единственно правильных решений. Так оно и есть. Или - главный, так он тоже любит. Или командир. Или главком. Еще лучше.
Математику он знает прилично, все расчеты - до мелочей и с учетом всех возможных нюансов, начальных условий, как принято говорить, но ошибиться в 10-100 раз - раз плюнуть. Странное такое свойство ума для тех, кто не знает ГП. Возражений не принимается ни от родных, ни от близких - получат так, что мало не покажется. Чужой еще может попробовать, но опасность тоже огромна нарваться. Чужим прощается много больше, чем своим. Обиды от своих накапливаются и жди в любой момент их изливания.
-Разрешите-е-е-е доложи-и-и-ить
-разве я кричу? нормально разговариваю. Я так разговариваю с детства. Подумаешь неженки какие!
Лично я очень сомневаюсь, что именно «с детства». Его мама обладала жестким характером и частенько обоим сыновьям доставалось «на орехи». Стояние в углу коленями на крупе было делом обыденным в их семье. Но это отдельная тема.
Осенью, ближе к зиме, солдат вернули в казармы, а некоторые семьи расквартировали, в основном, в помещениях закрытого авторемонтного военного завода на мытнице. Многие ушли на частные квартиры.
Две большие казармы сегодня стоят друг напротив друга. Теперь в них обитают вороны. Кажется, их хотят снести. Смотрю на них с седьмого этажа завода, на то поле, где мы воевали деревянными мечами. Все это наше и сейчас, хоть мы и не там. Только оно в фантазиях доступно.
По сути, это продолжение темы, затронутой в известной вам статье и, в некоторой степени это- обобщение нескольких постов из этой темы. Т.е. мною предпринята попытка завершить описание того переходного (Восток-Запад) этапа.
Страна-то огромная, но это же какая уймища народу. На вокзалах не протолкнуться! Что, все на колесах? Мы так устали от этой дороги, что выгрузи нас в тылу у немцев, были бы счастливы концу неопределенности.
Ложишься в постель и слышишь стук колес и покачивание вагона. А это- усталость от беготни. Встаешь под запах дыма паровоза, а это – керогаз мама раскочегарила.
Немного позже мы узнали (шепотом сорока на хвосте принесла), что наша часть была переведена сюда по причине кризиса в Венгрии. Несчастье помогло – оказывается, мы прибыли туда, где не осталось почти военных.
Здесь стояла 18 пехотная дивизия, преобразованная до нашего приезда в мотострелковую. Её передислоцировали по тревоге в Венгрию осенью1956 года для ликвидации контрреволюционного мятежа. В итоге возвращаться в Черкассы было некому.
В Черкассах же разворачивалась танковая дивизия. Дальневосточные полки составили основу будущей танковой дивизии. К ним присоединился местный 309-й полк.
Как я уже выше говорил, доставили нас в Черкассы и... выгрузили в лесополосе за городом, который, практически заканчивался в те годы сразу за железной дорогой. На грузовиках ЗИС-5....
- «смотритель техники и зданий полка Постоловский»,- представившись офицер нас транспортировал в этот лес.
С помощью солдат гарнизона был разбит в лесополосе походный палаточный лагерь по всем правилам войскового обустройства, Поселил в палатки цвета хаки. Они имели углубление в грунт на полметра и площадь 3х3 м.
При развертывании палаток, солдаты трудились наравне с женами офицеров. Или – наоборот?
Установлены в них по три-четыре панцирные койки. Общие умывальники представляли собой длинные дощатые корыта с трубой и краниками над ним с привозной водой в баке. Над корытом во всю его длину – труба с краниками рукомойными. Выгребной деревянный туалет заселился крысами и опарышами довольно быстро. Пищу готовили на керосинках и керогазах прямо на улице под навесом. Или прямо у палаток, если не было дождя.
"Мы жили лагерем в палатке,
Кольцом холмов окружены.
Кусты сухие в беспорядке
Курились, зноем сожжены.
Лишь ранним утром с небосвода
Там раздавался крик орла,
А днем безмолвная природа
Заката пышного ждала.
И не давая в тяжком зное
Всему живому изнемочь, -
Врата блаженства и покоя
Нежданно открывала ночь.
Все к звездам возводило очи.
Размеренно дышала грудь.
И путник ждал прихода ночи,
Чтоб продолжать урочный путь...
Но вот вослед поре безводной
Там наступал черед дождей.
И первый дождь весь край бесплодный
Преображал, как чародей.
Казалось, землю покрывая
Ковром, с небесной высоты
Лилась не влага дождевая,
А листья, травы и цветы..."
1911. С.Маршак
Явно о нас написал.
В этой полосе разбивали воинский лагерь еще при царе – Горохе.
В голове постоянная мысль:
- «Мы в городе, на месте, больше уже никуда-никуда не едем. Хоть и в мокрых солдатских палатках, но на месте!»
-«Ма, мы больше никуда-никуда не поедем»?
-«Не поедем»,- отвечала мама.
-«Никогда-никогда»?-.......
-«Никогда-никогда»!!!-.....
Для будущей танковой дивизии имелись свои, полковые вспомогательные подразделения (связь, медсанбат), поступали и танки Т-34.Чуть позже и Т-54. Немного механиков- водителей было прихвачено с собой с востока, и срочников и старшин. К 1959 году завершили строительство огромного парка для танков, их ремонта.
Основная масса нашего багажа составляло обмундирование отца, обновляемое со склада, по мере подхода сроков согласно определенному табелю. Скапливалось такого добра за много лет большущие кучи, и могли они быть еще больше, если бы НИ время от времени от него не избавлялась на толкучке. Был шкаф, собственноручного отцовского изготовления, две кровати, трофейный австрийский кабинетный стол, японский трофейный складной стул и радиола «Чайка». Много-много книг и других изданий.
Мы выписывали много прессы. В разные годы ее годовая номенклатура менялась незначительно и составляла примерно следующий перечень: г.«Пионерская правда», г.«Комсомольская правда», г.«ПРАВДА», ж.«Коммунист», ж.«Коммунист вооруженных сил», ж.«Политическое самообразование», ж.«Советская женщина», ж.«Советская торговля», г.«Красная звезда», ж.«Огонек », ж.«Пропагандист и агитатор», ж.«Радио», ж.«Техника молодежи», ж.«Наука и жизнь», г. «Черкасская правда», ж.«Советская кооперация» (здесь: г.-газета,ж.-журнал).. Родители тщательно эту всю массу перечитывали. Отец много конспектировал, готовясь к политзанятиям, мама же – из-за любви к печатному слову и жажде к информации. При отсутствии телевидения иначе и могло быть. Самое интересное из выписываемого хранилось в домашнем архиве и транспортировалось в багаже по селам дислокации.
Мама читала и перечитывала это богатство и умела выбрать все мало-мальски значительное. В таком количестве литературы, не могло не быть качества информации. И оно было.
Читала мама очень много других книг и разбиралась в них. Ценила умные в общечеловеческом смысле. Любила читать мемуарную литературу, документальную. О людях с блистательным умом, как , например, Г.Жуков, Дж.Кеннеди, Черчилль, Сталин.. Интересны были и некоторые ученые, такие как Амосов. Очень интересовала ее судьба Светланы Аллилуевой, неординарной личности и ей симпатизировала.. Любила иметь книги. С радостью встречала каждую новую стопку книг, купленную по случаю мужем на работе. Основная масса куплена по ее инициативе.
Дома у нас учеба, уроки всегда считались святым делом. Никто не имел права, да и не делал такого, отвлекать от занятий нас - детей, или же просто от художественной книги. Книг покупалось много и при первой возможности, однако отец, имея блат, как говорили «канал» на работе, приносил зачастую их без разбору - не особо нужные. Книги давала мама знакомым читать без страха, что их испортят (что часто и происходило), получалось – их теряли и не предупреждали и не извинялись. Чтение считала Нина Ивановна делом святым, поэтому нас приучила разговаривать шепотом, если кто занимается или просто даже и сказки читает. Мне маленькому читала часто, а потом внукам, очень красиво, с выражением. Лучше всех. Научила и сестру Лиду, у которой получалось не хуже. Не забыть такое никак. Так мне никто не читал боле. Душой.
Основу ее силы тяготения и грамотности составляла, помимо врожденной привлекательности духовность, полученная в раннем детстве в церкви, как я считаю. Она росла с двух лет без мамы, иного выхода, как отдавать на церковное попечение. При этом оказалось выскоразвитым чувство юмора. Учитывая, сколько пришлось в жизни ей перенести, оное ей было присуще от рождения.
Она могла от очень удачной шутки хохотать так заразительно, что трудно было сдержаться самым угрюмым окружающим. Смеялись даже те, кто и не слышал сути разговора, заражались ее смехом.
Книги ей читала служка прихода, одна из близких родственниц семьи Павловых. Листы книг закапаны воском, пахли ладаном и мышами. Таково ее дошкольное воспитание. А книги несли ей Божье Слово.
Из автобиографии моего отца от 17.11.58г:
«жена - дочь колхозника. Ее отец до октябрьской революции крестьянин. После революции крестьянин, с начала коллективизации села Подберезье колхозник. Участник Великой Отечественной войны. Демобилизован и работает плотником на торфяных предприятиях".
Получив, таким образом, на вооружение веру, надежду и любовь, пронесла через все передряги, делилась с людьми, обогревала, но больше всего от нее получили дети. Родные и чужие. Наш двор и дом постоянно был полон детворы, женщин, старушек.
Мама Нина. Было время, мамой ее называли и внуки, долго жившие у нас в разные годы годами. Называли её так и чужие дети (например, соседские), иногда жившие месяцами здесь. Народу всегда было. Подружки, которые приходили довольно часто и их много и разного возраста, даже дети. Она дружила и с ними. Преимущественно из городка нашего был контингент или из тех, кто был связан как-то с городком.
Что такое «городок», станет ясно позже, когда я в него вернусь.
-это моя подружка, - говорила она, когда я впервые видел клиента дома, придя обычно на обед или по каким либо делам на пару минут, а подружке-то несколько лет.
Здесь годами, месяцами или неделями жили разные дети. Можно сказать так: внуки - все Олег, Игорь, Наталья, Ольга, Ян, Максим и много – много чужих, всех не перечесть. Капризы детей незаметно ставила на службу им же, трансформируя в достоинства. Этого невозможно рассказать, это нужно или видеть или пережить. Те, кто пережил (дети), скорее всего и не поняли никаких особенностей, да и не нужно. Помнят только любовь. И, слава Богу. Один лишь пример, сохранившийся в переписке.
Вот как писала много лет спустя, после долгого проживания ее сына у Нирны Ивановны, соседка Нина (белоруска) Германчук
"…Как там Вы, как Ваше здоровье. У Вас, наверное ,уже дивизия внуков ходит. Ваш дом, Нина Ивановна, может быть без чего угодно, но без детей и хлеба никогда не бывает. Мы об этом (и Ваши дети, и чужие - как мы) все дружно заботимся. Подбрасываем по очереди. Пусть Вам будет здоровье еще на много лет. От всех огромнейшее спасибо. Я маме как начала рассказывать, она и плакала и рада была, что хоть у нас все хорошо, благодаря вот именно Вам, Нина Ивановна. Я уже хочу в Черкассы, соскучилась по Вам. Как-то всегда придешь к вам , поговоришь, Вы всегда что-то посоветуете, успокоите, если что- то не таки сразу легче и лучше…»
«Полтава эта мне надоела, как хочется в Черкассы, в нашу ту старую квартирку. Лучше не было. Очень часто вспоминаю , и на работе женщины мне говорят. Что это я из-за Вас так вспоминаю. Я не отрицаю, может и так, ведь я привыкла к Вам как к маме. Вы ни с чем не считались, Сережу смотрели, вырастили, можно сказать, я жила как дома, и у меня вот мысли и мне почему-то кажется, мы все равно вернемся в Черкассы…..»
11.03.84г
Такого человека ослушаться, предать, забыть?
Уйдя в мир иной, мама оставила мне ангела - хранителя, благодаря которому я еще жив и буду теперь здоров.
.. И все-таки это был лес. Иначе мы его и не называли. Правда, без грибов, но много лопухов. В них нам, детворе удобно прятаться от дождя. Лес без орехов, но много крапивы. Без зверья, но много майских жуков. Если потрусить дерево, то сыплется на землю дождь из хрущей.
В Черкассах не цветут разве что дрова. ( Замечу, что они цветут и на юге Приморья).
Коренные черкасщане называли этот «лес» рощей.
Конечно, отцы знали, а мы - дети нет, куда мы передислоцировались и прибыли, в конце концов. В той лесной суете по первичному обустройству детей на койки, не сразу и узнали, лишь через несколько дней – это город. Это потом он станет родным, а сразу, тогда…..
Наше поколение не лыком шито. C дошкольных лет мы знали, что самое главное в танке.
Воспитание пионерское означало, что на призыв: Будь готов, - отвечать - всегда готов! Именно так, и не иначе. Честно признаюсь, не понимал, к чему нужно было быть готовым и почему всегда, а не тогда когда надо. Но не быть пионером мог только разве придурок, какой, а такое обидно и задразнят пацаны. Организация копировала устройство, частично, комсомола, частично армии. Отряды, звенья, как роты и отделения в армии, только потешные. Приказа, рапорты, доклады. И это было даже интересно. Именно так жили и наши родители. Мы же все видели. В дальнейшей жизни этот опыт очень помогал.
Тогда мы и не подозревали, что это начинается история нашего городка. Новая история воинской части №12970 (командир-полковник Андрос Ефим Игнатьевич.
Весна выдалась дождливой, у палаток размывало небольшой бруствер, сооруженный по периметру из дёрна. Детям невозможно было встать по утрам с постели, не окунув ноги по щиколотку в холодную воду. Скорее - в лес, который начинался сразу при выходе из палатки! Детвора не испытывала особых проблем, все проблемы ложилось бременем на родителей. А нам доставалась их любовь и ласка.
Всё набралось влагой за несколько дождливых недель. Но неприятности ощущали только от крыс.
Для нас – детворы главное было вовсе в другом. Оказавшись на улице после поезда, не было предела в выдумывании различных игр. Войны, прятки и все сопутствующее. Мы начинали игры с игры №1, игры "В Покровку". Ворошиловские играли в Ворошилов и мы с ними воевали, как в Барановском на учениях наши отцы. Роль Суйфуна нам выполнил Днепр, а Сенькиной Шапки – железнодорожная насыпь, находящаяся от городка в пару сотне метров. Днепр мы застали без Кременчугского водохранилища, с нормальным руслом, приличным течением и довольно чистой водой. На спор его преодолевали вплавь. Мой старший брат, хороший пловец, преодолевал реку регулярно. Течение было сильное и поэтому и сносило его сильно, на несколько сотен метров вниз, а я боялся, что вообще унесет. Братик плавал великолепно и нырял, а главное, очень красиво. Этому не возможно научиться, должно быть дано. Научиться можно технике, а красота дается.
Сам же я плавал с надувной наволочкой, держа ее снизу за хвост. Мама говорила в таких случаях:
-"голь на выдумки хитра",- это знают все.
Местные хлопцы имели камеры от грузовиков – недосягаемая мечта для нас. Мы - новички, приехали налегке, они- старожилы, при нажитом годами имуществе каждый.
В черкасские школы №3, 4, и 17 пришло наше добротное пополнение. Уже к тому времени, второй класс прибыл почти в полном покровском составе вместе с первой учительницей, Любовью Марковной Поликариной (муж ее был офицером нашего полка) и здесь продолжала нас учить. Этот фактор создал покровский микроклимат (еще и ученики почти все те же). Та, первая покровская школа хоть и была сельской, но ее преподавательский состав преимущественно представлял собой жен офицеров. А это гарантировало качество преподавания, т.к. жены офицеров в своем большинстве работали в военных гарнизонах, где требования к выполнению всех видов работ было высоким. Уж не говоря о дисциплине и культуре вообще.
Наша детская дружба, благодаря всем этим факторам, продолжается и по сей день.
Планы школ по сбору металлолома мы перевыполняли танковыми траками и другими военными запчастями. Мы их добывали с охраняемой территории. Для этой цели имели заранее подготовленные лазы под колючей проволокой. Бывало, приносили и мины от 50-мм ротного миномета.
Школа №3 представляла собой длинный одноэтажный барак (на месте нынешнего дома связи).
Старшая сестра (полтора метра ростом) стояла на уроке по военной подготовке в строю старшеклассников. Держала у ноги трехлинейку со штыком, который возвышался над ее головой как шпиль адмиралтейства над Питером.
Первая учительница - Любовь Марковна Поликарина. Черкассы 1958 ,.Она была женой офицера нашего полка и поэтому уехала одним эшелоном со всеми. Она и здесь нас учила во втором третьем классах. Так облегчилась наша адаптация, а малые дети к смене учителя очень болезненно относятся.
Не хочется говорить об уроках. Нудно-буднично проходят занятия. Нам играть хочется. Наши игрушки тоже не были исключением и имели отношение к военному ремеслу. Частично себе изготавливали самые разнообразные предметы из гильз, противогазов, предметов химзащиты. Гильза для блесен - изумительный материал. Грузила для рыбалки выплавляли из пуль, которых было вокруг целые горы. Резину для рогаток вырезали из противогазов.
Окунуть городок в дым завесу - бросить дымовую шашку, которую принесет Хундя (В.Холодовский), сын начхима полка - милое дело. Иногда ветер подводил и на городок не шло, зато в лесу партизанить - в самый раз. Бросить химический патрон от начхима в нужник сортира, представлявшего собой строение из досок - горбылей, от чего говно начинало бродить и выходить из краев. Духан шел далеко за пределы городка
Улица, на которую выходили из лесу, называли Смелянское шоссе. Вблизи от одноколейного старого моста с нашей стороны располагался большущий тир с насыпью и забором, сточная яма с зеленой плесенью кисельного типа, где сейчас техникум коммерческий. Возле ямы гора гильз и пуль вперемежку с землей. Клондайк.
С другой стороны шоссе несколько частных халуп. За улицей Одесская, где расквартированы семьи 309 го полка дивизии, только огороды и Геронимовка вдалеке.
Досуг детей военных не имел нехватки в мероприятиях. Выдумывали всё себе сами. От рогатки до первого своего магнитофона или передатчика на радиолампе и моторной. Причем любая выдумка находила массовый отклик. Увлеклись штангой. Сразу она стала популярной. Это был кусок ржавой трубы и вырезанные автогеном блины из чугунной печной плиты, еще ржавее. Культуризм не приветствовался властями как чуждое нашему народу, нашему образу жизни явление. И мы как партизаны в лесу качались (накачивали мышцы). «Комсомольская правда» громила культуристов, но нам было не до возражений.
Изучали методику по таким же переснятыми с иностранных журналов фотографиям со Шварценеггером. Толкучка располагалась недалеко, на Криваливке.
Великолепен был мяч, привязанный за верх столба (высотой метров 5). Его нужно бить так, что бы соперник, стоящий диаметрально от тебя не смог отбить. Для этого нужно его постараться закрутить и посильнее ударить. После нескольких ударов рукам - торба. Столб устанавливали все вместе как на ленинском субботнике. Такой простой и увлекательной и тренировочной игры я не видел больше нигде.
Кроме того, занимались в ДЮСШ, музыкальной школе.
Сражения со щитами и мечами между покровскими и ворошиловскими чего стоили. Но только до первой крови, - если у кого, как говорили, пошла юшка, то шли по домам. Изготовление такого (мечи и щиты) оружия было повсеместным. Некоторые были прямо – таки специалистами и пользоваться их мечами было за честь. Они были даже с резными ручками и окрашены.
Поголовно все увлекались собиранием этикеток со спичечных коробков. Солдаты - народ курящий и из разных мест СССР, поэтому коробков было много и разных, но в мусорках - они основной наш поставщик. Однако, когда Белоусов стал приносить этикетки целыми листами и свежие и цветные и красивые, то интерес к ним пропал враз. Где он их доставал, не помню. Кажется, кто-то из родственников привозил из Минска.
Наши мамы - это наше детство.
Родилась сама, например, такая игра. В учебном классе части установлен макет полигона в масштабе 1:25 (или 1:50) на огромном столе. Всё разукрашено в натуральные цвета. Полная имитация натуры. Повторяется рельеф местности, деревья, здания, железная дорога и всё, что полагается. Имелись и танки. Это был так здорово и заманчиво, но руками трогать нам не позволяли. Раз нельзя, значит нужно сделать самим. Так взрослая игра перешла к детям. Повлияло оное и на преемственность поколений. получились сперва наши игры военные. Потом и мальчики. А пока мы лепили солдатиков из пластилина.
Отсюда же и главное занятие на стройке у мальчишек - игра в танки. Игрушечный танк сооружался из обычного кирпича, жмени песка и гвоздя 100мм. Размер гвоздя определял калибр снаряда. Куча песка и вокруг нее – полигон, танкодром, штабы, казармы, дороги. Всё это строилось. Танковые марши и сражения, хоть и кирпично-танковые, но – настоящие, со сносом башен. Командиры – как бы настоящие боевые, справедливые. Войны - честные, справедливые (как нас учили в школе и в кино). Но это делала малая ребетня
Не мудрено, что получились в результате военными: братья Пивненко И. и C., Рыжих Ю., Холодовский В., братья Кузнецовы В и А., братья Скоковы Ю. и С., Галковский В., Прохоров А., Глушаков А., Пантюхов В., Старцев В., Ефремов Н., Науменко В.
Пусть останется для истории список личного состава полка по состоянию на 1957 год, Покровка, офицеров,выехавших одновременно. К сожалению, он не полный. Это все, кого мы вспомнили с отцом. Если случится оказия, дополню
Пусть останется для истории список личного состава полка по состоянию на 1957 год, Покровка, выехавшие с нами вместе. К сожалению, он не полный. Это все, кого мы вспомнили с отцом. Если случится оказия, дополню
Ком.полка-Андрос Ефим Игнатьевич
Замполит-Мелешкин
Зампотех-Краснощекий Ефим Ильич
Зампострой- Дытик (или Козлов) Василий Кузьмич
Помпоарт-КравецГП
Начтыла-Акинчик затем Беликов Александр Михайлович
Начвещ-Коротин
Пусть останется для истории список личного состава полка по состоянию на 1957 год, Покровка, выехавшие с нами вместе. К сожалению, он не полный. Это все, кого мы вспомнили с отцом. Если случится оказия, дополню
Ком.полка-Андрос Ефим Игнатьевич
Замполит-Мелешкин
Зампотех-Краснощекий Ефим Ильич
Зампострой- Дытик (или Козлов) Василий Кузьмич
Помпоарт-КравецГП
Начтыла-Акинчик затем Беликов Александр Михайлович
Начвещ-Коротин
Начфин-Лудников
НачГСМ-Филатов
НачГСМ-Филатов
Главврач-Шумилин
Пропагандист полка Воробьев Николай Дмитриевич
Штаб полка- Петрушин
Стр.часть-Бобков
Нач.разведки-Шуляк
Нач связи-
Нач.хим-Холодовский Владимир
Инж.полка-Папшев Григорий Тванович
Пом.по арт –Голованов Василий Федотович
Нач. артвооружения Кузецов Степан Романович
Ком.батальона
1.Войнолович
Кузьминов-нач штаба
Пропагандист полка Воробьев Николай Дмитриевич
Штаб полка- Петрушин
Стр.часть-Бобков
Нач.разведки-Шуляк
Нач связи-
Нач.хим-Холодовский Владимир
Инж.полка-Папшев Григорий Тванович
Пом.по арт –Голованов Василий Федотович
Нач. артвооружения Кузецов Степан Романович
Ком.батальона
1.Войнолович
Кузьминов-нач штаба
2.Железняк
Пантелеев Иван Иванович -нач щтаба
3.Белоусов, затем Бугаев
Пантелеев Иван Иванович -нач щтаба
3.Белоусов, затем Бугаев
Зампотех батальона
1.Анисифоров
2.Галковский
3.Зорин
Зампострой батальона
Бердинских
Тузов
Грязев
Командиры рот:
1.Ефремов Иван Андреевич
2.Борщ
3.Прохоров
4.Голубецкий
5.Дубков
6.
7.Буценко
8.Бородай
9
Рота связи
Глушаков
Зампотех роты
1.Фролов
2.Зарапин
3.Науменко
4.Поляков
5 Дуров
6Лохманюк
7Нефедов
8 Пивненко
9 Чухиль
Замполиты рот и батальонов
Иванов
Лисняк
Скоков
Крутяков
Геращенко
Нач.связи батальона
1.Старцев
2.Галкин
3.Глушаков
Фельдшер батальона
1.Овсянников
2.Поликарин
3.Николаев
Командиры зенитных батарей
Рыжих
Солодилов
Бурых
Взводы разведки
Щербаков
Удод
1.Анисифоров
2.Галковский
3.Зорин
Зампострой батальона
Бердинских
Тузов
Грязев
Командиры рот:
1.Ефремов Иван Андреевич
2.Борщ
3.Прохоров
4.Голубецкий
5.Дубков
6.
7.Буценко
8.Бородай
9
Рота связи
Глушаков
Зампотех роты
1.Фролов
2.Зарапин
3.Науменко
4.Поляков
5 Дуров
6Лохманюк
7Нефедов
8 Пивненко
9 Чухиль
Замполиты рот и батальонов
Иванов
Лисняк
Скоков
Крутяков
Геращенко
Нач.связи батальона
1.Старцев
2.Галкин
3.Глушаков
Фельдшер батальона
1.Овсянников
2.Поликарин
3.Николаев
Командиры зенитных батарей
Рыжих
Солодилов
Бурых
Взводы разведки
Щербаков
Удод
Саперный взвод
Друзь
Бронетанковая Мастерская
Нач-Пивненко Юрий Дмитриевич
Радиомастерская-Стражников
Взводы
Мицуков(инж-эл)
Роженко
Чусов
Михновский
Лисогорский
Командир взвода
Мазуренко
Роженко
Матисон
Епейкин
Огиенко
Филоненко
Морозов
Бенгес
Владимиров
Жаврин
Романченко
Слюсаренко
Патланчук
Друзь
Бронетанковая Мастерская
Нач-Пивненко Юрий Дмитриевич
Радиомастерская-Стражников
Взводы
Мицуков(инж-эл)
Роженко
Чусов
Михновский
Лисогорский
Командир взвода
Мазуренко
Роженко
Матисон
Епейкин
Огиенко
Филоненко
Морозов
Бенгес
Владимиров
Жаврин
Романченко
Слюсаренко
Патланчук
Хоз часть, начпрод
Резаттинов
Коротин
Музвзвод
Кожин старшина
Долджности не установлены
Рева
Бердинских
Щербань
Проценко
Лисовский
Резаттинов
Коротин
Музвзвод
Кожин старшина
Долджности не установлены
Рева
Бердинских
Щербань
Проценко
Лисовский
Моя справка о нем
1Шуляк Юрий Михайлович (1947г. р), мастер спорта, экс-чемпион мира по радиоуправляемым судомоделям, руководитель кружка Малой академии наук (МАН) учащейся молодежи Автономной Республики Крым (АРК) "Искатель ".
Шуляк Ю.М. закончил николаевский судостроительный.
Но еще в 1964 он выступал в Николаеве и в Тернополе и стал мастером спорта.
В 1977 на чемпионате Европы в Киеве его модель управляемой подлодки произвела фурор на представителей ВМФ. Военное ведомство взяло субмарину для производства съемок учебных фильмов.
В 1982 года во Франции на чемпионате мира занял третье место.
В 1984 в Венгрии - чемпион мира.
В 1986 на чемпионате мира в Италии у него произошла техническая неполадка с моделью и с тех пор он на преподавательской работе.
Но, в 2007 и в 2009 года он опять полон сил и становится чемпионом Украины.
А всё начиналось с корабликов на Суйфуне, вырезанных перочинным ножиком и такое впечатление, что Юрий всю жизнь играл «В Покровку».
Моя справка о нем, о чемпионе мира по судомодельному спорту, здесь
http://pocrovka.4bb.ru/viewtopic.php?id=113&p=2
Итак, роль кроватей нам выполняли ящики от боеприпасов и раскладушки. Одежда была перешита из отцовского обмундирования. Пальто – из шинели, брюки – из повседневной или парадной формы. А серую недоношенную шапку-ушанку получить в подарок от отца – мечта каждого мальчишки. За спиной – полевая офицерская сумка-планшет в роли школьного рюкзака.
От войны те годы отстояли на небольшой отрезок времени. Наши старшие братья и сестры вообще – дети войны.
Неразорвавшиеся снаряды и мины находили при рытье траншей под фундамент, погреб. Чуть ли не под деревом и, практически в каждом месте, которого касалась лопата. Ну и, конечно, подрастающему поколению воинского лагерного городка ничего не оставалось, как носить снаряды, что с успехом и делалось в свободное от учебы, естественно, время. Благо, их хватало и под землей и на действующих складах, они вот рядышком. Таким образом, боеприпас оказывался где угодно. В те годы много детворы пострадало от таких забав, но наши хлопцы, пеленки у которых были из портянок, кровать - ящик из под снарядов, грамотные в этом деле и - все целы.
Все неурядицы и проблемы бытового обустройства семей офицеров не помешали им, бывшим фронтовикам, качественно и в кратчайшие сроки провести мероприятия по реорганизации танковой дивизии и обеспечению ее боеготовности. О том, что перенесли наши матери – жены офицеров за это время и вообще всех переездов (в среднем, на круг, получается один раз в два года), нужно говорить отдельно
Помню первые шаги в город из лесу. Из того, где сейчас городок, самый край города тогда. Какой это был город. Рай. Сейчас я о таком мечтал бы. Совсем крохотный даже по меркам того времени, но большой для нас. Прямые улицы – квадратно-гнездовые - заблудиться, невозможно.
Тихо. Тихонько стоит на запасных путях бронепоезд (на том месте сегодня – типография). Он нашего внимания, почему-то, не привлекал: стоит, да и стоит, себе. На том месте сегодня возвышается типография
Женщинам, женам офицеров, замученным сопками, тайгой, полигонами, вечными переездами, пылью, казенностью мебели (стандартный набор- это панцирная кровать, табуретка с дыркой, тумбочка, умывальник алюминиевый и такой же набор посуды) с жизнью, которая фактически была общественной {хоры, стрельбы, собрания, женсоветы, демонстрации} и вечная грязь по колено, все пришлось по душе.
. Мы говорили – «большая дерёвня». Может быть и слегка бахвалились, а на самом деле были несказанно рады. Конец мытарствам!
Хаты под соломенной крышей в центре «города? Терпимо, переживем. Не такое видели.
Мы люди маленькие, дети, короче, и нос близко к земле, поэтому бросились первыми в глаза тротуары, мощенные кирпичом, желтым. Основные дороги выложены булыжником. Постройки, главным образом, одноэтажные, редко - двух. Кирпичные постройки – беленые и обязательно с оттенком салатовым, розовым или голубым. На улицах продают на развес мороженое - пломбир, сливочное, фруктовое, шоколадное. От 7 до 20 коп. за 100 грамм. Разводу с сиропом по цене 3 коп., с двойным – 5 коп., и без - 1 коп. стакан. Чисто, значит много дворников.
Тихо, значит транспорта мало и тех, кто в нем. Городской транспорт - три маршрута автобуса: Сосновка – Сах.завод, Центр-вокзал. Вокзал – Реч. порт, несколько автомобилей «Победа», «Москвич», ГАЗ, а остальное - конная тяга. Аэропорт с «кукурузниками». Дороги переходить можно без проблем, спокойно, без оглядки направо-налево. Иногда и вдоль по осевой можно идти. Редкая телега с продуктами встретится.
Многие центральные кварталы населяли евреи. Это потом они уехали, и остался один Сэм, да и у него просто что-то не получилось с сыном там, в Израиле и ему пришлось вернуться.
Черкассы потеряли много после их повального выезда и не только особый колорит (или шарм, как сегодня говорят), но и часть культуры. Мне лично очень жаль, что так получилось. В те годы многие евреев называли нехорошими словами, но для меня никогда проблемы не существовало. Национальность не играла никакой роли или даже наоборот. Что ни говори, а они создают уют и город получается большим домом. Они приветливы и дружны. Они веселы и умелы. Они не только врачи, учителя, парикмахеры и продавцы, но и грузчики, и токари, и сапожники, и пекари, военные, но реже. Их очень много. Это плохо. Что их нет.
Обязательная чернобурка и с такой же муфточкой ( это размером примерно 30х30 см как сумочка, отделанная мехом, для утепления рук, внутри карманчики и отделения для парфюм и всякого такого). Фото сделано в Черкассах в 1957 году, но "форма" из Покровки приехала. У некоторых чернобурок висели даже ножки и мордочки лисьи, черненькие. Это считалось особым шармом.
В магазинах запомнились черные с изюмом булочки и конфеты - подушечки, консервированные крабы - дешево и завались. Много дешевых конфет. Правда, поезда ходили очень часто и рядом, через город, но к ним нам не привыкать. Их не слышим совсем. Железная дорога, кстати, - очередной объект для игр . Железная дорога – граница города с юга. Зимой она - горка летом - пресс для раздавливания гвоздей, монет и др., а еще – трамвай: катание на товарниках до ближайшего поворота. Вскакиваем и соскакиваем на ходу. Она же и смерть. Так один из нас погиб – Александр Тузов (старший сын). Запомнился тем, что когда брал на руки меня, то одну руку на грудь клал, а другую между ног. Было неприятно и иногда больно, а в остальном, - парень что надо. Был.
Его отец - боевой офицер-танкист, был не лишен трезвости ума при частом возлиянии, что не так уж часто встречается. Дело в том, что Кириллович имел физический недостаток - одна нога другой короче. Видимо со времен войны. Как кадровый военный он обязан был пойти в отставку, таких служить не оставляли. Но Кирилловича назначали дежурным по полку, когда приезжала комиссия из округа или выше. Почему? Он нашел выход из положения.
С внешними физическими дефектами, да еще такими, не могли служить в Советской Армии люди и более именитые, за редким исключением, например, летчик- герой Маресьев.
Решение было простое. Майор перемещался строевым шагом вне дома в служебное время, т.е., если был в военной форме. Это понравилось московскому начальству, которое приезжало с проверками (их называли инспекторскими) ежегодными в часть. В результате таких проверок майор Тузов получал благодарности от командования за выправку. Строго говоря, в соответствии со Строевым Уставом, так должно было быть: «подход-отход» Естественно, что после таких хождений Кириллович еле нес ноги домой, шкандыбая как подраненная утка домой. Из дому, уже приняв на грудь, он выходил в городок как тот моряк, который открыл сто америк.
Мы называли железную дорогу - ЖД (жэдэ). жэдэвокзал, жэдэрайон, жэдэмагазин (любимый НИ), жэдэ парикмахерская ( 5-10 коп) , жэдэ баня с сауной ( 25 коп).
Кинотеатры - «Родина» (потом - «Салют») и «Украина» днем 10-25 коп., вечером 25-50 коп. «Родина» - старое здание, что было около теперешнего музея Т.Шевченко, потом снесенная. Музей - бывший Гусарский клуб - снесен в 1960 г. Там сегодня цветами торгуют. Два базара - центр (снесен в 1960 г.) и Казбет, а чуть позже и Криваливка. Там же – толчок. Клубы, где давали и фильмы и танцы – Сахзавод, Дом офицеров (напротив кинотеатра «Днепр», снесен около 1976 г.), летний кинотеатр на Казбете, но самый лучший вариант - солдатский клуб. Краем уха слышали, что где-то есть церквушка действующая, т.к. Собор стоял на базарной площади в центре и не функционировал (тоже судьба решена в 1960-м).
. Женщины-хозяйки облагораживали, как могли жилища при адском дефиците всего. Умудрялись прибрать комнаты красиво, особенно спальни, только-только появившиеся, и устроить их презентацию, как сейчас сказали бы. Но и тут мама не могла удержаться от шутки:
-"обставились ящиками и радуемся как дурочки".
Это были прекрасные времена – родители молодые. Они праздники отмечали, застолья устраивали. Григорий Васильевич любил быть ряженным на Рождество. Пальто наизнанку и женскую шляпу. Лицо разукрасить помадой и пугать детей.
Увлекались грибами, рыбалкой. Знали сокровенные ягодные места в лесах и на воде. Походы были коллективными и регулярными.
В кинотеатрах смотрели все подряд. Иногда заезжий артист попадался в филармонии или в доме офицеров
Город расположен на двух уровнях и то, что нижние Черкассы испокон назывались мытницей. Она представляла собой преимущественно частные строения с большими земельными участками-огородами. Сии огороды являлись основными поставщиками недорогой продукции для черкасских базаров.
Цены я указал в масштабе 1961 года, Килограмм сливочного масла 2,5 руб., бутылка водки- 2,87, буханка хлеба от13 до 20 коп. 1кг мяса-1,95 р.
В среду, субботу и воскресенье, поздно вечером, как уже смеркается, идем культпоходом в солдатский летний клуб смотреть кино. Если повезет, то можно будет еще и каши солдатской поесть по пути в столовой, но для этого нужно выйти из дому за полчаса до сеанса. Тут без приключений не проходил сеанс. То ли патруль начинает гонять нас, пацанов, за смех выкрики во время демонстрации фильма, то ли дождь помешает и беготня поднимается, то ли пленка порвется. Практически, патруль нас гонял регулярно, за редким исключением, оставляя в покое. Видимо, по каким-либо праздникам. Компания собиралась вновь и вновь. Душ эдак до десятка возрастов от 5 до 16 лет. Это было в полном смысле мероприятие. Эта возрастная категория для кино, во всем остальном разделение было более детальное - группами с промежутком по году или два. Да на обратном пути еще и пошухирить хотелось, т.е. когда кому-то в окно постукать каштаном на нитке, на огороде что-то спереть. Называлось еще такое - хохмить.
Вечером тихо и только слышны в покровском городке строевые песни солдат перед отбоем. Далеко, но у дома слышно, такая тишина. Очень тихий город. Иногда удавалось после всего посидеть у костра, испечь картошку. Самые боевитые курили сухие листья орешника, закрученные в газету козьей ножкой. Гадость ужасная, пробовал. Основная масса взрослых - в прошлом городских жителей - наконец-то вернулись в родную среду, скитаясь до того по глухомани. Наконец-то есть шанс осесть.
И этот шанс стал воплощаться в жизнь, когда начали строить жилье солдаты.
В мае же месяце начались прорисовываться контуры будущей улицы Танкистов. В той же лесополосе, рядом, наша воинская часть развернула строительство двадцати пяти четырех - квартирных домиков. Столько же строили и «ворошиловские» военные. Работа шла довольно интенсивно, хоть и вручную производились все операции от рытья котлованов под фундамент, до замеса растворов. Планировка городка, как и полагается для военных учреждений, выбрана такой, что бы в случае нападения противника, была возможность организовать оборону, позволяющую вести длительные бои. Из окна, в окно напротив, можно перебрасывать боеприпасы: расстояние около 6 метров. Очень компактная планировка, по этой причине все домики вместе взятые и назвали городком. Сами домики – такие же, даже внешне, как в Покровке.
В лесу они корчевали деревья. Рыли вручную, конечно, траншеи под фундаменты для домов. А лето как пережили такое дождливое. Ямы в палатках затапливало. Приготовление еды - на примусах и керогазах. Лето запомнилось дождливым, да и понятно, если встаешь с постели в воду, иногда сантиметров на 20. Холодная и черная, чудились всякие бяки. Вот-вот вылезут из воды и схватят за ноги.
Рядом, в складском хранилище, открыт крошечный продуктовый деревянный магазинчик. В нем – стандартный набор продуктов, тех, что и в городе: самые вкусные в мире черные булочки с изюмом и конфеты – подушечки, крабы в банках.
На стройке - уйма битого кирпича, остатки раствора, просто окаменевшего цемента и щепок. Сейчас, в 2000 г., копаешь огород, и то выколупываешь это добро из земли. Конечно, кирпич никто не бил специально, он сам разваливался в руках. По голове им не стукнешь. Он же шел и на фундамент. Тогда же многими офицерами осваивались специальности планировщика, каменщика, печника, плотника. Некоторые из офицеров вспоминая свои молодые годы восстанавливали навыки. Еще был жив в армии принцип:
-«делай, как я!»
Хоть и к строительству приступили сразу же по приезде, однако 15 июня 1957 года начались учения в Ржичеве по подводному вождению. В тот раз наши танки впервые преодолевали водные преграды (которые в обиходе называют все речками) со штатным оборудованием. Между корпусом и башней – надувные камеры. На том учении присутствовал сам Н.С. Хрущев- Первый тогда секретарь ЦК КПСС. Поэтому на хозяйстве оставили 80 человек, из них на стройке непосредственно занято около 30. К 10 июля, было вырыто пять и залито лишь 5 фундаментов. Длиться такой стройке много лет, если бы не приехал Маршал Советского Союза Чуйков, на то время командующий Киевским военным округом. Начальник стройки, подполковник Кравец Г.П.(мы помним его: «приказы не обсуждаются, они – выполняются»!), встретил его на алее – просеке - будущей нашей улице Лагерь (позже переименованная в - Танкистов). Конечно, был предупрежден дежурным по части и к докладу подготовился. Доклад Чуйкову понравился и он спросил:
- «какие проблемы, подполковник»?
Подполковник посетовал на нехватку личного состава и слабое техническое оснащение. Командующий тут же потребовал телефон и через несколько минут вопрос был решен.
Не прошло и недели, буквально несколько дней, как на Смелянском шоссе остановилась колонна воинского транспорта со спецтехникой и личным составом. Это прибыл саперный батальон в распоряжение начальника стройки. Каждая рота получила задание построить по 5 домов, а на танкистов легла задача по материальному обеспечению и обеспечению платежей в банке (так называемая форма 2). Кирпич получали и в Золотоноше и в Киеве. На киевском ДОКе – столярку. Некоторые дефицитные материалы приходилось доставать по обмену (бартеру, но такого слова тогда не было).
-Порядок в танковых войсках! - и всё тут. Фразы – выстрелы. Жесты- команды огонь!
Таким образом, маршал стал покровителем (крестным отцом) нашего городка и мы на это просто не обратили внимания. Факт достойный интереса.
Отец был и прорабом и начальником стройки. А как он работал! Я был маленький и мы, детворой пропадали на стройке, видели, с каким уважением относились к отцу солдаты-строители. Он мог всё делать сам и показывал, как делать, а не рассказывал. У него был опыт севастопольского дома.
Так что выгребные ямы нам сделали саперы из Первомайска. Они строили споро.
Построив большую часть домов, надо полагать – 15 (три линии по нечетной стороне), сообразили не делать этого. Т.к. глупо рассчитывать, что народ будет хезать у себя в квартире чуть ли не на пол (под пол). По две ямы на каждый дом, по одной на две семьи. Гениально, не так ли. Можно задницами переговариваться - стенка тонкая. Обмениваться салютами и приветами.
Вода была привозная. Стояли понтоны с водой для технических нужд и были вырыты ямы для гашения извести. Солдаты черпали ее ведрами и делали раствор, как в мешалках, так и вручную. Раствор этот, в основном - песок, немного глины и извести. В понтоне иногда купались, если вода уже достаточно нагрелась, но еще не достаточно грязная. В загрязненной воде могла бы облезть (т.к. имеем известь) кожа- это мы понимали.
Строительство продолжалось уже своими силами на протяжении 1958 года и закончилось в 1959 году. С тех пор ни одного дома не добавилось, а только пристраивались к ним кухни и веранды. Сейчас их столько, что порой некуда воткнуть морковку.
Ул Смелянская 11 . 1962.
15.08.1957г, 1.09 по пять домов сдано готовых и к 15.09. еще 5. Пришла осень. 19.11.1957 получен ордер. Мы получили ордер N 175 на занятие 2 комнат 22,4 кв. м в д. N26 по ул. Лагерь.
Тогда и теперь. Здесь видим пример того, что в некоторых случаях, практически ничего не поменялось за долгие годы.
Дом – где много лет спустя родились мои два сына и где я сейчас нахожусь, - четвертый дом моей жизни.
Во второй половине лета семьи, которым еще дома были не готовы, пересилили в две казармы, а в палатки – солдат. В казарме общий зал, разделив клеенками, скатертями, покрывалами, на отсеки, жили многие семьи до поздней осени.
Такова вкратце история о том, как советские саперы строили покровский городок.
Появились в некоторых семьях первые телевизионные приемники. Поначалу мы толком и не знали, зачем они нужны и с чем их едят. Но, потом!....
Вечернее вещание смотрелось коллективно, по нескольку семей. Сколько может вместить комната 16 кв.метров? Набита была битком, даже в дверном проеме стоял люд. Думаю, десятка два вмещалось. Смотрели все передачи подряд. Самое главное – фильм и новости.
Здесь целесообразно отметить некоторые черты характера начальника стройки, которые, как ни странно, очень ему помогали в общении с чужими людьми. Но уж очень осложняли это самое общение с родными и близкими.
Отец любит представляться с командирским акцентом так:
-Кравец (ударение на а) Григорий Павлович 17-го года рождения, от роду женат, имеет троих детей и трех (четырех, пять, шесть) внуков, слу-ушает Ва-ас!
Звонящий по телефону, к примеру, вроде как в штаб, сразу ошандарашивается. Таким образом, достигается половина успеха. Такова стратегия. Одним словом – командующий. Это вполне приемлемое для употребления. А, как и положено любому командующему, он должен быть очень забывчивым в мелочах жизни, однозначным в принятии единственно правильных решений. Так оно и есть. Или - главный, так он тоже любит. Или командир. Или главком. Еще лучше.
Математику он знает прилично, все расчеты - до мелочей и с учетом всех возможных нюансов, начальных условий, как принято говорить, но ошибиться в 10-100 раз - раз плюнуть. Странное такое свойство ума для тех, кто не знает ГП. Возражений не принимается ни от родных, ни от близких - получат так, что мало не покажется. Чужой еще может попробовать, но опасность тоже огромна нарваться. Чужим прощается много больше, чем своим. Обиды от своих накапливаются и жди в любой момент их изливания.
-Разрешите-е-е-е доложи-и-и-ить
-разве я кричу? нормально разговариваю. Я так разговариваю с детства. Подумаешь неженки какие!
Лично я очень сомневаюсь, что именно «с детства». Его мама обладала жестким характером и частенько обоим сыновьям доставалось «на орехи». Стояние в углу коленями на крупе было делом обыденным в их семье. Но это отдельная тема.
Осенью, ближе к зиме, солдат вернули в казармы, а некоторые семьи расквартировали, в основном, в помещениях закрытого авторемонтного военного завода на мытнице. Многие ушли на частные квартиры.
Две большие казармы сегодня стоят друг напротив друга. Теперь в них обитают вороны. Кажется, их хотят снести. Смотрю на них с седьмого этажа завода, на то поле, где мы воевали деревянными мечами. Все это наше и сейчас, хоть мы и не там. Только оно в фантазиях доступно.
Комментариев нет:
Отправить комментарий